БОГОСЛУЖЕНИЕ 20 СЕНТЯБРЯ 2026

МОЖНО ЛИ ДОКАЗАТЬ СУЩЕСТВОВАНИЕ БОГА? В далёком уже 1956 году на экраны СССР выходит фильм «Карнавальная ночь», который становится хитом на ближайшие полвека, а то и больше. Практически ни одно празднование Нового года в нашей стране не обходится без обязательного показа этого фильма на одном или двух каналах. Сюжет картины крутится вокруг организации празднования как раз новогоднего карнавала в одном из советских домов культуры. Но новый директор решает разбавить несерьёзную программу, включающую в себя песни, танцы и цирковые номера, чем-то более весомым. А потому приглашает на этот праздник лектора-астронома. Который, забегая вперёд, выпьет лишнего и начнёт свою лекцию словами: «Товарищи! Товарищи, всех вас интересует вопрос: «Есть ли жизнь на Марсе?» Прошу всех взглянуть на небо! Снизу звёздочки кажутся маленькие-маленькие. Но стоит только нам взять телескоп, и посмотреть вооружённым глазом, как мы уже видим две звёздочки, три звёздочки, четыре звёздочки… Лучше всего, конечно, пять звёздочек. Есть ли жизнь на Марсе, нет ли жизни на Марсе, это науке неизвестно. Наука ещё пока не в курсе дела...» («Карнавальная ночь») Действительно, сегодня большинство людей относится приблизительно таким же образом к вопросу существования Бога – «есть ли Бог, нет ли Бога, науке это пока неизвестно, она не в курсе дела». Но 12 апреля 1961 года советский космонавт Юрий Гагарин стартовал с космодрома Байконур на корабле «Восток-1», став первым человеком, совершившим орбитальный полёт вокруг Земли. Гагарин провёл в космосе чуть менее двух часов. Вскоре после его приземления начали появляться легенды о том, что одними из первых слов Гагарина по возвращении были: «В космос летал, а Бога там не видел». Первый космонавт никогда не произносил этих слов, но довольно быстро они стали неотъемлемой частью фольклора. Произнёс их, скорее всего, всё же первый секретарь ЦК КПСС Никита Сергеевич Хрущёв на одном из пленумов партии, посвящённых антирелигиозной пропаганде. Хотя сказать их мог кто угодно. Ещё в 1925 году в поэме «Летающий пролетарий» Владимир Маяковский написал: А младший весь в работу вник. Сидит и записывает в дневник: «Сегодня в школе – практический урок. Решали – нет или есть бог. По-нашему – религия опиум. Осматривали образ – богову копию. А потом с учителем полетели по небесам. Убеждайся - сам! Небо осмотрели и внутри и наружно. Никаких богов, ни ангелов не обнаружено». Традиция эта продолжается и сегодня теми, кто не просто не принимает существование Бога, но всячески стремится убедить других в своей позиции. Так, например, Кристофер Хитченс в своей книге: «Бог не любовь: как религия всё отравляет» пишет: «Нет никакой необходимости в божественном замысле, не говоря уже о вмешательстве ангелов. Все сходится и без этого допущения. А потому (пускай мне и не по душе перечить великому человеку) Вольтер нес сущий вздор, когда заявил, что, если бы бога не было, его бы стоило выдумать. Проблема как раз в том, что люди выдумали бога». (Кристофер Хитченс «Бог не любовь») Хитченс видел свою задачу не только в том, чтобы поделиться своей точкой зрения, но и убедить своих читателей в том, насколько опасна религия. Хитченс считал, как и многие другие атеисты, что религия родилась исключительно в тот момент, когда человек не мог объяснить некоторые природные явления, а потому начал их приписывать разным богам. Но сегодня даже дети, по словам Хитченса, знают больше, чем знали основатели мировых религий, а потому у нас нет никакой необходимости в идее бога. С этим убеждением Хитченс и умер в 2011 году от рака, сохранив верность своему атеизму до самого конца. Конечно же, можно спросить, какое это отношение имеет к нашей жизни, когда аргументы подобного рода не воспринимаются всерьёз даже теми, кто не верит в Бога? Однако, несмотря на это, мы всё ещё ищем Бога так, как искал бы Его космонавт в космосе. Мы стремимся найти доказательства Его существования так, как студенты ищут доказательства разумной жизни в соседней комнате общежития после долгих праздников – прислушиваясь и присматриваясь, не появится ли кто в комнате, не даст ли кто знак. Другими словами, мы не делаем различия между Богом (несмотря на то, что Он Творец мироздания, от Которого зависит всё сущее на земле и во вселенной) и любым другим обитателем этого мира. Именно поэтому, как бы отвечая Никите Сергеевичу Хрущёву, Клайв Стейплз Льюис написал небольшое эссе «Видящим взором», в котором он показывает ключевое отличие того, как мы ищем доказательства существования Бога от чего-либо ещё. Говорят, что русские утверждают, что не смогли обнаружить Бога в открытом космосе… Искать Бога, или небеса, изучая космос – это всё равно, что читать или рассматривать все пьесы Шекспира в надежде отыскать в них Шекспира так, как будто он просто один из персонажей… Шекспир же в каком-то смысле присутствует в каждое мгновение в каждой пьесе. Но он никогда не является себя так, как Фальстаф или Леди Макбет. Он не распылён по пьесам, как эфир… Если Бог существует, Он выстраивает свои взаимоотношения со вселенной в большей степени, как автор с пьесой, чем как объект исследования внутри вселенной. Если Бог на самом деле сотворил вселенную, то Он создал время и пространство, что для мироздания, что метр для поэмы, а ключ для музыки… Для одних Бог повсюду и от Него не скрыться, для других Его не найти. Так что те, кто не нашёл Бога на земле не обнаружат Его и в космосе. В конечном итоге мы все и так уже являемся путешественниками в космосе, совершая ежегодно гигантский оборот вокруг солнца. Но отправьте святого в космос на космическом корабле, и он и там обнаружит Бога, как смог разглядеть Его на земле. Всё зависит от видящего взора. (Клайв Стейплз Льюис «Видящий взор», 1963) Другими словами, Льюис утверждает, что для того, чтобы мы рассмотрели Бога, если Он на самом деле есть, Бог должен вписать себя в нашу историю так, как автор пьесы вписал бы себя в своё произведение. Открывая Евангелие от Иоанна, мы и встречаемся с такого рода доказательствами того, как Бог вписывает себя в историю человечества, как Шекспир мог бы вписать себя в одну из пьес. Христианство верит в существование Бога, Который одновременно близкий и другой, то есть Бога, Который настолько отличается от Своего творения, что Он непознаваем. Но в то же самое время Бог настолько любит Своё творение, что открывает Себя человечеству в окружающем нас мире и особом откровении. Радость близких отношений с Богом является предназначением любого человека. Христианская вера открывает Бога.