Послание к Римлянам 2:17-29 - Сравнить все версии

Поделиться

Вот, ты называешься Иудеем, и успокаиваешь себя законом, и хвалишься Богом, и знаешь волю Его, и разумеешь лучшее, научаясь из закона, и уверен о себе, что ты путеводитель слепых, свет для находящихся во тьме, наставник невежд, учитель младенцев, имеющий в законе образец ведения и истины: как же ты, уча другого, не учишь себя самого? Проповедуя не красть, крадешь? говоря: «не прелюбодействуй», прелюбодействуешь? гнушаясь идолов, святотатствуешь? Хвалишься законом, а преступлением закона бесчестишь Бога? Ибо ради вас, как написано, имя Божие хулится у язычников. Обрезание полезно, если исполняешь закон; а если ты преступник закона, то обрезание твое стало необрезанием. Итак, если необрезанный соблюдает постановления закона, то его необрезание не вменится ли ему в обрезание? И необрезанный по природе, исполняющий закон, не осудит ли тебя, преступника закона при Писании и обрезании? Ибо не тот Иудей, кто таков по наружности, и не то обрезание, которое наружно, на плоти; но тот Иудей, кто внутренно таков, и то обрезание, которое в сердце, по духу, а не по букве: ему и похвала не от людей, но от Бога.

Вот ты называешь себя иудеем, полагаешься на Закон и хвалишься тем, что близок к Богу; ты знаешь Его волю и можешь определить согласно Закону, что хорошо, а что нет. Ты считаешь, что ты поводырь слепым и свет для тех, кто заблудился во тьме, что ты наставник глупцов и учитель невежд, потому что обладаешь Законом — воплощением знания и истины. Тогда почему же ты, уча других, не научишь в первую очередь самого себя? Ты проповедуешь против воровства, а сам крадешь; ты порицаешь супружескую неверность, а сам изменяешь супруге; ты ненавидишь идолов, а сам обкрадываешь языческие храмы; ты гордишься Законом, а бесчестишь Бога, нарушая Закон. Написано: «Из-за вас бесчестится имя Божье среди язычников». В обрезании есть польза тогда, когда ты соблюдаешь Закон, но если ты Закон нарушаешь, то в твоем обрезании нет смысла. Ведь если язычники соблюдают Закон, то разве они не будут считаться обрезанными? И тот, кто лишен телесного обрезания, но исполняет Закон, осудит тебя, обрезанного и имеющего писаный Закон, но не исполняющего его. Ведь иудей не тот, кто выглядит иудеем, и настоящее обрезание — не то, которое на теле. Нет, настоящим иудеем является человек, который внутренне таков, и обрезание — это обрезание сердца по Духу, а не по букве Закона. Такому человеку похвала не от людей, а от Бога.

Вот, ты называешься Иудеем, и успокаиваешь себя законом, и хвалишься Богом, и знаешь волю Его, и разумеешь лучшее, научаясь из закона, и уверен о себе, что ты путеводитель слепых, свет для находящихся во тьме, наставник невежд, учитель младенцев, имеющий в законе образец ведения и истины: как же ты, уча другого, не учишь себя самого? Проповедуя не красть, крадешь? говоря: «не прелюбодействуй», прелюбодействуешь? гнушаясь идолов, святотатствуешь? Хвалишься законом, а преступлением закона бесчестишь Бога? Ибо ради вас, как написано, имя Божие хулится у язычников. Обрезание полезно, если исполняешь закон; а если ты преступник закона, то обрезание твое стало необрезанием. Итак, если необрезанный соблюдает постановления закона, то его необрезание не вменится ли ему в обрезание? И необрезанный по природе, исполняющий закон, не осудит ли тебя, преступника закона при Писании и обрезании? Ибо не тот Иудей, кто таков по наружности, и не то обрезание, которое наружно, на плоти; но тот Иудей, кто внутренно таков, и то обрезание, которое в сердце, по духу, а не по букве: ему и похвала не от людей, но от Бога.

Если ты считаешь себя иудеем, веришь в закон, гордишься своим Богом, знаешь Его волю и принимаешь всё то, что истинно важно, как и подобает тому, кто изучал закон, и, если ты уверен, что можешь вести за собой заблудившихся, можешь быть светом для тех, кто находится во тьме, можешь быть наставником неразумных и учителем невежественных, так как закон воплощает в себе знание и истину, почему же в таком случае ты, поучающий других, не научишь самого себя? Ты проповедуешь не красть, а почему сам крадёшь? Ты утверждаешь, что никто не должен совершать прелюбодеяние, а почему сам прелюбодействуешь? Ты презираешь идолов, а почему обираешь их храмы? Ты хвастаешь законом, а почему бесчестишь Бога, нарушая закон? Как сказано в Писаниях: «Из-за вас имя Божье оскорбляется среди язычников». Если ты соблюдаешь закон, то обрезание полно смысла, если же ты нарушаешь закон, то обрезание теряет всякий смысл. Если необрезанный соблюдает всё, предписанное законом, то разве не следует считать его обрезанным, хотя он и не обрезан? Тот, кто не обрезан, но исполняет закон, осудит вас, так как, несмотря на то что вы получили обрезание и письменный закон, вы нарушаете его. Потому что тот, кто иудей только по внешним признакам, — не настоящий иудей, так же как и настоящее обрезание — не простое телесное обрезание. Настоящий иудей скорее тот, кто иудей в сердце своём, так же как и настоящее обрезание — это обрезание сердца по Духу, а не по букве закона. И хвала такому человеку исходит не от людей, а от Бога.

Но если называешь ты себя иудеем и полагаешься на Закон, если хвалишься Богом и знанием воли Его и если, наученный Законом, имеешь понятие о наилучшем и уверен, что ты поводырь для слепых, свет для блуждающих во мраке, наставник для неразумных, воспитатель младенцев, ибо имеешь в Законе воплощение знания и истины, то как, обучая другого, не учишь ты себя самого?! Проповедуешь, что красть нельзя, а сам крадешь! Говоришь, что не должно прелюбодействовать, сам же прелюбодействуешь! Идолов гнушаешься, а храмы грабишь. Хвалишься ты Законом, но, попирая его, не бесчестишь ли тем Бога? Из-за вас , как и в Писании сказано, имя Божие в поношении у язычников . Потому и обрезание только тогда что-то значит, когда ты соблюдаешь Закон, если же нарушаешь его, то обрезание твое — вовсе и не обрезание. Если же, напротив, необрезанный исполняет предписания Закона, то не будет ли он считаться воистину обрезанным? И если даже остается он необрезанным телесно, но подчиняется Закону, он по праву осудит тебя, нарушающего Закон, при всем том, что есть у тебя и буква, — писаный Закон, — и обрезание. Не тот, следовательно, иудей, кто по видимости таков, и обрезание — не один только видимый знак на теле. Истинный иудей — это иудей в глубинах души своей; и обрезание его — оно в сердце, в духе оно, а не в букве. И похвалу он получает не от людей, а от Бога.