Книга Руфи 2:1-18 - Сравнить все версии

Поделиться

У Ноемини был родственник по мужу ее, человек весьма знатный, из племени Елимелехова, имя ему Вооз. И сказала Руфь Моавитянка Ноемини: пойду я на поле и буду подбирать колосья по следам того, у кого найду благоволение. Она сказала ей: пойди, дочь моя. Она пошла, и пришла, и подбирала в поле колосья позади жнецов. И случилось, что та часть поля принадлежала Воозу, который из племени Елимелехова. И вот, Вооз пришел из Вифлеема и сказал жнецам: Господь с вами! Они сказали ему: да благословит тебя Господь! И сказал Вооз слуге своему, приставленному к жнецам: чья это молодая женщина? Слуга, приставленный к жнецам, отвечал и сказал: эта молодая женщина — Моавитянка, пришедшая с Ноеминью с полей Моавитских; она сказала: «буду я подбирать и собирать между снопами позади жнецов»; и пришла, и находится здесь с самого утра доселе; мало бывает она дома. И сказал Вооз Руфи: послушай, дочь моя, не ходи подбирать на другом поле и не переходи отсюда, но будь здесь с моими служанками; пусть в глазах твоих будет то поле, где они жнут, и ходи за ними; вот, я приказал слугам моим не трогать тебя; когда захочешь пить, иди к сосудам и пей, откуда черпают слуги мои. Она пала на лице свое и поклонилась до земли и сказала ему: чем снискала я в глазах твоих милость, что ты принимаешь меня, хотя я и чужеземка? Вооз отвечал и сказал ей: мне сказано все, что сделала ты для свекрови своей по смерти мужа твоего, что ты оставила твоего отца и твою мать и твою родину и пришла к народу, которого ты не знала вчера и третьего дня; да воздаст Господь за это дело твое, и да будет тебе полная награда от Господа Бога Израилева, к Которому ты пришла, чтоб успокоиться под Его крылами! Она сказала: да буду я в милости пред очами твоими, господин мой! Ты утешил меня и говорил по сердцу рабы твоей, между тем как я не сто́ю ни одной из рабынь твоих. И сказал ей Вооз: время обеда; приди сюда и ешь хлеб и обмакивай кусок твой в уксус. И села она возле жнецов. Он подал ей хлеба; она ела, наелась, и еще осталось. И встала, чтобы подбирать. Вооз дал приказ слугам своим, сказав: пусть подбирает она и между снопами, и не обижайте ее; да и от снопов откидывайте ей и оставляйте, пусть она подбирает [и ест], и не браните ее. Так подбирала она на поле до вечера и вымолотила собранное, и вышло около ефы ячменя. Взяв это, она пошла в город, и свекровь ее увидела, что она набрала. И вынула [Руфь из пазухи своей] и дала ей то, что оставила, наевшись сама.

У Ноемини был родственник со стороны мужа из того же клана, что и Элимелех, богатый и влиятельный человек, по имени Боаз. Руфь моавитянка сказала Ноемини: — Отпусти меня в поля, подбирать оставшееся зерно за тем, в чьих глазах найду расположение. Ноеминь сказала ей: — Иди, моя дочь. Она вышла и начала подбирать в полях за жнецами. И случилось так, что она пришла на ту часть поля, которая принадлежала Боазу из клана Элимелеха. Как раз тогда из Вифлеема пришел Боаз и приветствовал жнецов: — Господь с вами! — Благослови тебя Господь, — откликнулись они. Боаз спросил старосту своих жнецов: — Чья та молодая женщина? Староста ответил: — Это та моавитянка, что вернулась из Моава с Ноеминью. Она сказала: «Пожалуйста, позволь мне подбирать колосья следом за жнецами». Она пришла на поле и находится здесь с утра до этого времени; мало бывает она дома. Боаз сказал Руфи: — Послушай меня, моя дочь. Не ходи подбирать на другое поле и не удаляйся отсюда. Оставайся здесь с моими служанками. Смотри, на каком поле жнут мои слуги, и держись вместе с моими служанками. Я велел своим слугам не трогать тебя. И всякий раз, когда ты захочешь пить, иди и пей из кувшинов, которые наполняют мои слуги. Она поклонилась, коснувшись лицом земли, и воскликнула: — За что ты так добр ко мне, почему ты проявляешь такую заботу о чужеземке? Боаз ответил: — Мне рассказали обо всем, что ты сделала для своей свекрови после смерти твоего мужа: как ты оставила отца и мать и свою родину и пришла жить к народу, которого ты прежде не знала. Пусть Господь воздаст тебе за то, что ты сделала. Да получишь ты богатую награду от Господа, Бога Израиля, к Которому ты пришла, чтобы найти прибежище под Его крыльями. — Да буду я и дальше находить милость в твоих глазах, мой господин, — сказала она. — Ты утешил меня и говорил с твоей служанкой по-доброму, несмотря на то что я не стою ни одной из твоих служанок. Во время обеда Боаз сказал ей: — Подойди сюда. Возьми хлеб и обмакивай его в уксус. Она села рядом со жнецами, и он предложил ей жареного зерна. Она съела столько, сколько хотела, и еще осталось. Когда она встала, чтобы подбирать дальше, Боаз приказал своим слугам: — Даже если она будет собирать среди снопов, не обижайте ее. Наоборот, отбрасывайте для нее колосья из вязанок и оставляйте ей подбирать и не попрекайте ее. И так Руфь подбирала на поле до вечера. Когда она вымолотила ячмень, который собрала, получилось около ефы. Она принесла его в город, и ее свекровь увидела, как много она собрала. Еще Руфь вытащила и дала ей то, что осталось у нее после обеда.

У Ноемини был родственник по мужу ее, человек весьма знатный, из племени Елимелехова, имя ему Вооз. И сказала Руфь Моавитянка Ноемини: пойду я на поле и буду подбирать колосья по следам того, у кого найду благоволение. Она сказала ей: пойди, дочь моя. Она пошла, и пришла, и подбирала в поле колосья позади жнецов. И случилось, что та часть поля принадлежала Воозу, который из племени Елимелехова. И вот, Вооз пришел из Вифлеема и сказал жнецам: Господь с вами! Они сказали ему: да благословит тебя Господь! И сказал Вооз слуге своему, приставленному к жнецам: чья это молодая женщина? Слуга, приставленный к жнецам, отвечал и сказал: эта молодая женщина — Моавитянка, пришедшая с Ноеминью с полей Моавитских; она сказала: «буду я подбирать и собирать между снопами позади жнецов»; и пришла, и находится здесь с самого утра доселе; мало бывает она дома. И сказал Вооз Руфи: послушай, дочь моя, не ходи подбирать на другом поле и не переходи отсюда, но будь здесь с моими служанками; пусть в глазах твоих будет то поле, где они жнут, и ходи за ними; вот, я приказал слугам моим не трогать тебя; когда захочешь пить, иди к сосудам и пей, откуда черпают слуги мои. Она пала на лице свое и поклонилась до земли и сказала ему: чем снискала я в глазах твоих милость, что ты принимаешь меня, хотя я и чужеземка? Вооз отвечал и сказал ей: мне сказано все, что сделала ты для свекрови своей по смерти мужа твоего, что ты оставила твоего отца и твою мать и твою родину и пришла к народу, которого ты не знала вчера и третьего дня; да воздаст Господь за это дело твое, и да будет тебе полная награда от Господа Бога Израилева, к Которому ты пришла, чтоб успокоиться под Его крылами! Она сказала: да буду я в милости пред очами твоими, господин мой! Ты утешил меня и говорил по сердцу рабы твоей, между тем как я не сто́ю ни одной из рабынь твоих. И сказал ей Вооз: время обеда; приди сюда и ешь хлеб и обмакивай кусок твой в уксус. И села она возле жнецов. Он подал ей хлеба; она ела, наелась, и еще осталось. И встала, чтобы подбирать. Вооз дал приказ слугам своим, сказав: пусть подбирает она и между снопами, и не обижайте ее; да и от снопов откидывайте ей и оставляйте, пусть она подбирает [и ест], и не браните ее. Так подбирала она на поле до вечера и вымолотила собранное, и вышло около ефы ячменя. Взяв это, она пошла в город, и свекровь ее увидела, что она набрала. И вынула [Руфь из пазухи своей] и дала ей то, что оставила, наевшись сама.

В Вифлееме жил очень богатый человек по имени Вооз. Вооз был одним из близких родственников Ноемини, так как был родом из племени Елимелеха. Однажды Руфь (моавитянка) сказала Ноемини: «Пойду-ка я на поле. Может, найдётся человек, который будет добр ко мне и позволит подбирать колосья, которые останутся на его поле». Ноеминь сказала: «Хорошо, дочь моя, пойди». И пошла Руфь на поле. Она шла позади жнецов и подбирала колосья, которые они оставляли. Оказалось, что та часть поля принадлежала Воозу, человеку из племени Елимелеха. Когда на поле из Вифлеема пришёл Вооз, он поприветствовал своих жнецов словами: «Господь с вами!» И жнецы ответили: «Да благословит тебя Господь!» Затем Вооз спросил слугу, который отвечал за жнецов: «Чья это девушка?» Слуга ответил: «Это та моавитянка, которая пришла с Ноеминью из страны Моавской. Она пришла рано утром и попросила разрешения следовать за жнецами и подбирать колосья, оставленные на земле. Она работает с самого утра и до сих пор, и она очень мало отдыхала в укрытии». И сказал Вооз Руфи: «Послушай, дитя моё. Ты можешь оставаться на моём поле и собирать колосья. Тебе не нужно идти на другие поля. Продолжай следовать за моими работницами. Следи за тем, на какое поле они идут, и следуй за ними. Я приказал слугам не беспокоить тебя. Когда ты захочешь пить, иди и пей из тех же кувшинов, из которых пьют мои слуги». Руфь поклонилась Воозу до самой земли и сказала: «Я удивлена, что ты даже заметил меня. Ты очень добр ко мне, несмотря на то что я чужеземка». Вооз ответил ей: «Я знаю о том, как ты отнеслась к своей свекрови Ноемини. Я знаю, что ты помогала ей даже после смерти твоего мужа. И знаю, что ты оставила и отца, и мать, и свою родину. Ты пришла с Ноеминью к народу, которого раньше не знала. Господь, Бог Израиля, воздаст тебе за всё хорошее, что ты сделала, и ты будешь вознаграждена сполна Господом, Богом Израиля. Ты пришла к Нему искать покой, и Он защитит тебя». Тогда Руфь сказала: «Ты очень добр ко мне, господин. Я всего лишь слуга. Я даже не стою ни одной из твоих служанок, но ты сказал мне добрые слова и утешил меня». Во время обеда Вооз сказал Руфи: «Подойди сюда! Поешь с нами!» Руфь села возле работников. Вооз дал ей немного жареных зёрен, и Руфь ела, пока не насытилась, и еды ещё оставалось немного. Затем Руфь встала и вернулась к работе. Тогда Вооз приказал своим слугам: «Позвольте Руфи подбирать даже между снопами. Не останавливайте её и бросайте на землю немного полных зерном колосьев, чтобы облегчить ей работу». Руфь работала на поле до самого вечера. Затем она отделила зерно от шелухи, и оказалось там около ефы ячменя. Руфь принесла собранное зерно в город и показала его свекрови, а потом отдала ей еду, которая осталась у неё после обеда.

У Ноемини был родственник по мужу, человек знатный, из того же рода, что и Элимелех. Звали его Боаз. Сказала как-то Руфь-моавитянка Ноемини: «Позволь мне пойти на поля, подбирать оставшиеся колосья там, где будут добры ко мне». Та ответила ей: «Иди, дочь моя». Руфь пошла в поля и стала подбирать те колосья, что оставались за жнецами. Случилось так, что попала она на одно из полей Боаза, родственника Элимелеха. И как раз в это время из Вифлеема пришел и сам Боаз, он сказал жнецам: «Бог в помощь!» «Благослови тебя Господь», — отвечали ему жнецы. А старшего над жнецами Боаз спросил: «Чья это молодая женщина?» Отвечал ему старший над жнецами: «Это моавитянка, что вместе с Ноеминью вернулась с земли Моав. Она попросила позволить ей подбирать колосья за жнецами. С самого утра она на ногах и домой не отлучалась». Сказал тогда Боаз Руфи: «Послушай, дочь моя! Не ходи подбирать колосья на другое поле, не уходи отсюда. Держись моих жниц, примечай, на каком поле жнут, да иди за ними. А работникам я наказал, чтобы тебя не трогали. Захочешь пить — иди к сосудам, что принесли мои работники, и утоли жажду». Руфь пала ниц, поклонилась ему и сказала: «Чем я заслужила милость твою и заботу, ведь я чужестранка?!» Боаз ответил ей: «Мне много рассказывали обо всем, что ты сделала для свекрови своей по смерти своего мужа: как оставила ты отца и мать, как покинула родную землю и отправилась к народу, прежде тебе незнакомому. Пусть Господь воздаст тебе по делам твоим, пусть вознаградит тебя сполна Господь, Бог Израилев, ведь под крылом Его ты взыскала приют!» И она ответила: «Уповаю на милость твою, господин мой! Ты пожалел меня и утешил, как рабу свою, хотя я и не из рабынь твоих». В час обеда Боаз позвал Руфь: «Иди сюда, ешь с нами хлеб, обмакивай свой ломоть в уксус». Руфь села рядом со жнецами, он протянул ей поджаренных зерен, и она поела досыта и отложила про запас. А когда она ушла подбирать колосья дальше, Боаз наказал своим работникам: «Пусть она собирает и между снопов, а вы не гоните ее. Надергайте ей колосьев из снопов и оставьте, пусть подберет, да не корите ее». Так Руфь и собирала колосья в поле до вечера, а когда обмолотила собранное, то вышло с меру ячменя. Взяла она зерно и вернулась в город. Увидела Ноеминь собранное невесткой зерно, да еще Руфь отдала ей то, что осталось у нее от обеда, когда она поела